olegpaschenko: (si la muerte)

http://hgr.livejournal.com/1913881.html

...надо сказать, что святоотеческие прецеденты христианского отношения к собственному мёртвому телу имеются: выбросить куда подальше, чтобы никто не видел, и даже в землю не погребать. Так у св. Арсения в начале 5 века и у Нила Сорского в 1508 (год его смерти). Православная аскетическая традиция заповедала полное и даже нарочитое пренебрежение к своему собственному мёртвому телу.

Этого не могло бы быть, если бы какие-то способы погребения считались абсолютно недопустимыми в религиозном смысле, или, тем более, если бы те или иные процедуры удаления мёртвого тела обладали собственным религиозным значением. Но, естественно, что там, где христианство понимается как фактор социальной идентификации, а не религиозное явление, погребальные ритуалы становятся очень важными, т. к. они и всегда находятся в числе социально наиболее важных.

Аскетическое христианство находится если не во внешнем, то во внутреннем конфликте со всеми без исключения человеческими обществами, кроме собственной идеальной общины (в неидеальной реальности такая община тоже не совсем бывает). Это легче всего заметить по наиболее чувствительным для общества областям, к которым всегда относятся ритуалы инициации и смерти.

Подробно о том, почему, с христианской т. зр., судьба мёртвого тела безразлична, можно понять из соответствующих глав «Об устроении человека» Григория Нисского (например, главы 26 и 27 — О. П.): для воскресения все равно всё соберется так, как должно быть.


тж. проблемы идентичности (Райт, Тертуллиан, Льюис, Ориген, Фома Аквинский о проблеме телесной идентичности в воскресении)

КПЗ (надпись на черепе — «+ монах Феодул»):

жара

Jul. 20th, 2011 12:19 pm
olegpaschenko: (Default)

Вместо снов, позапрошлая ночь стала фестивалем короткометражных, минут по десять, хоррор-фильмов — около сорока позиций с пятиминутными перерывами на то, чтобы отдышаться. Одно из сильных впечатлений — сплошной неподвижный план, вид из окна, московский пейзаж, непроницаемая пелена бурого, пахнущего гарью, тумана (как год назад, только с элементами художественного преувеличения). Я думаю, это призовое место!

Вообще, большинство фильмов имело то или иное отношение к теме огня, дыма, сгорания дотла, перегорания и угасания. Блуждание по пожарищу, оставшемуся от дома, в котором я прожил первые десять лет детства, например.

(нервно зевает)

;

Здесь, между тем, уже пятый день ведётся богато иллюстрированный дневник нашего интенсива про цифровое искусство.




сквер

May. 29th, 2011 02:43 am
olegpaschenko: (Default)

Линор Горалик. Устное народное творчество обитателей сектора М1

Когда ты умираешь и оказываешься здесь, ты попадаешь в сквер. [...] Устроен сквер так: представьте себе детство. Представьте себе лучший, самый легкий майский день своего детства. Представьте, что вы бегаете себе и бегаете. И вдруг вы вбегаете в сквер.

Это маленький сквер, и вы в нем бывали каждый день. Крошечный сквер, посредине — какие-то цветные, но довольно одинокие качели, вокруг — пустые скамейки, созданные для бабушек и мамаш с колясками, песочница. Вы забегаете в это сквер каждый день. Но в этот момент — вдруг — о, каков сквер в этот момент! Понимаете, это май. Это май, он пахнет маем, никого нет, и вся листва одновременно такая новорожденная и такая мясистая, зрелая листва. И свет небес сквозь нее таков, что весь он — чье-то невыносимо прекрасное присутствие. И сырая земля, но теплая, и качели так нежно под ветром, что даже и не под ветром, а под чем-то, что бывает только в детстве, в мае, с разбегу. И в эту секунду вы замираете всем своим маленьким телом — и у вас в горле стоит счастье. И вы понимаете, что никогда не уйдете из этого сквера, никогда, никогда, никогда. Вы ребенок, через пять секунд вы ломанетесь к качелям, и всё превратится в обыкновенный солнечный день, и качели щелястыми досками досадно покусают вам попу. Еще через две минуты вас позовут со двора, и вы не задумываясь побежите, — потому что май, вы бегаете, вы ребенок. Но, в некотором смысле, вы никогда, покуда живы, не уйдете из этого сквера. Это одна из великих Божьих милостей (здесь говорят: аванс): пока вы живы, у вас остается где-то внутри этот сквер, этот сквер.

Когда вы умираете и оказываетесь в аду, вы попадаете в этот сквер. Но на этот раз вы приходите в него взрослым. Качели щелясты. Земля сыра. Ветер.

...

А когда вы умираете и оказываетесь в раю, это тот самый сквер, но как если бы вам было пять. Как тогда.

Те, кто плохие (читай: в аду, хотя это плохие слова, см. дальше) и те, кто хорошие (читай: в раю) находятся в одном и том же месте. В сквере. Рай и ад — это как мы себя чувствуем (и как они себя). Поскольку они в раю, то когда они видят нас, они считают, что мы тоже в раю. Мы предстаем перед ними такими, как будто мы в раю (модная философская теория: такими, какими нам следовало быть, чтобы оказаться в раю). Поскольку мы в аду, то когда мы видим их, мы знаем, что они в раю. Это изощренно и просто. (Модная философская теория: рая нет; они в аду, как и мы; предположение, что они в раю, — часть нашего ада. Глупости. Знать, что они в раю, — даже и не только кто-то, кого ты знаешь лично; знать, что рай есть, — великое облегчение. Некоторые даже думают, что это аванс. Я из таких. Нас дразнят). Те, кто в раю, так рады за тебя, что ты в раю. Те, кто в аду, не могут сказать тем, кто в раю, о себе; невозможно сказать: «Я в аду», — потому что это разрушило бы для тех, хороших, рай. Как устроено это «невозможно» — про это есть много философских теорий, перечислять не буду. Может, ты никогда это и не произнесешь, потому что ты не совсем плохой, это аванс: ты не говоришь им про ад, — значит, в тебе еще что-то непустое осталось. Некоторые, совсем пустые, пытались говорить. Это ужасно (на то оно и ад): ты маялся, маялся, ты вроде сказал — а оно, что ли, не сказалось, — или они не могут услышать; или еще как. Я склоняюсь к простой версии: не можешь — и не можешь, на то оно и ад, вот и всё.

olegpaschenko: (Default)

http://yanah.livejournal.com/350239.html

первые вещи были сотворены богами из резины. Но резиновые вещи, распираемые радостью быть сотворёнными, так самонадеянно и неосторожно путались под ногами у людей, что боги наслали потоп. Однако резиновые вещи не утонули, когда вода сошла, они быстро обсохли и продолжили множиться, более не стесняемые утонувшими людьми.

Боги решили не обращать внимания и вторые вещи создали из сырой глины. Вреда вещи из сырой глины не приносили, просто некрасиво стояли на всех свободных поверхностях. Пользоваться вещами из сырой глины было невозможно, как ни старались обсохшие резиновые вещи, — ни приготовить пищу, ни укрыться от холода, глина просто распадалась в руках. И правильно сделали боги, что наслали огонь с небес.

Боги долго ничего не хотели, но в конце концов боги умолили друг друга и в третий раз наделали вещей из обезьян. Вещи из обезьян тоже ничего особенного, служат недолго, часто теряются. Но с ними иногда можно договориться, так считают вещи из обожжённой глины.




Monkey Cookie Recipe

Ingredients:
1/2 pound unsalted butter
1 cup powdered sugar
1/2 tsp salt
1 large egg plus 1 egg yolk
3 tsp vanilla
2 1/2 cups flour (I used Speerville Mills Whole White, which lent a naturalistic, ecru quality to the white dough)
1 bar (85 g or 3 oz) swemisweet chocolate (I used Scharffen Berger Chocolate that I got at the dollar store FOR A DOLLAR, or substitute your own *quality* chocolate)
licorce whips
chocolate chips

Directions:
Cream the butter, powdered sugar, salt, egg, yolk, and vanilla together to a smooth consistency. Add flour and blend just until evenly incorporated. Separate out 1/3 of the dough. Melt the chocolate on low heat and add to remaining 2/3 of dough, stirring no longer than necessary. Cover both doughs with plastic wrap and refrigerate for at least an hour (or in my case, overnight).

When you're ready to bake, preheat oven to 375 and grease a cookie sheet with butter. Roll out the chocolate dough first--you'll want to be zippy here and keep the dough cold but malleable, a balance you just have to get your own feel for. Cut into circles with a cookie cutter. Next, hand shape balls of the vanilla dough for the muzzle and ears. I recommend giving them a bit of dimension — it looks cuter on the finished product and gives you something to sink the licorice into (see below for examples of when I did not do this). Press them gently into the chocolate circles. Use chocolate chips for eyes and pieces of licorice whip for mouths, sized to fit. The licorice has a mind of its own, so push it well into the muzzle so it will hold its shape during baking.

Bake at 375 for about ten minutes.

olegpaschenko: (Default)

И правда, зачем, не лучше ли схлопнуться в полную нихиль прямо сейчас? или что: в этих постылых эго-лабиринтах вечно блуждать? о нет!

Вопрошающий же исходит из распространеннейшего, распространеннейшего представления о спасении как о продлении личного автономного бытия в вечность, что действительно больше похоже на ад, чем на спасение. В то время как спасение — соборно, это воссоединение семьи. Да, и тут ещё такое: услышав слово «соборность», мы конечно себе сразу представляем тесный барак, набитый чужими богомольными тетками, и пахучими мужиками с кашей в бороде, и отвратительными визгливыми младенцами, и тобой — короче, еще один вариант ада. В то время как имеется в виду — воссоединение семьи, когда абсолютно все наши собираются, все люди, но именно любимые (по которым смертельно скучал!) воссоединяются после разлуки, а не «чужие» (т. к. не будет уже ни в ком ничего «чужого», сгорит). Тут уже как-то не до личного бытия.

Сквозь игольное ушко смерти прохожу не «я», а моя любовь: моё «ты», а не мое «я». А «я» — в смысле одинокое «я», вот эти все прилагательные и глаголы и частицы и междометия и чуждость и богомольность и борода и каша и запах и визг и отвращение и неприязнь и неврастения и прочие структуры личности — всё это умирает вместе с телом, сгорает в огненной реке. Ничего, что мы тут об этом так запросто?

olegpaschenko: (Default)

к «Кратчайшей сотериологии», в самый конец.

Богоподобен и несёт в себе образ Божий всякий человек, но этот факт почти не регистрируется приборами по причине толстого слоя засохшей грязи, покрывающей каждого (от нихже первый есмь аз). Кто сам захочет очищения, того (и только того!) Бог легко может очистить; проблема в том, что захотеть этого очень трудно, потому что грязь именно присохла намертво и ощущается как часть существа. Скол некоторых кусков этой корки вызывает порой катастрофическую перемену всего мироощущения и необратимое смещение точки самоидентификации. И именно эта сухая грязь сгорает в эсхатологической «Реке огненной»; огонь же, соединяясь с огнём, разгорается ярче.

Мучительная работа по расчистке в себе огненного образа Божьего путём отколупывания корост называется «покаянием».

«Лествица» прп. Иоанна Лествичника, егоже память ныне совершаем — об этом, а не о метафизической карьере.

olegpaschenko: (Default)

или понятие о спасении в православии, как я его понял из прочитанного и усвоенного иными путями. Запись не назидательная, а техническая; это совокупность представлений, собранная для памяти и удобства в одном коротком тексте. Я в это верю.

Христианство не является практикой индивидуального спасения. Индивидуальной может быть только гибель; спасение, по определению, соборно. Это значит, что под спасением в православии понимается не персональный посмертный трансфер в небесный санаторий, а телесное воскресение мертвых и воссоединение расчленённого человечества в едином Теле Бога, воцарившегося над преображённой материей здесь, в нашем мире (на этом заостряет внимание прекрасный современный богослов Н. Т. Райт, цитируемый, например, здесь). При этом (если продолжить биологическую метафору) каждый становится воистину собой, больше чем просто мясом: рука является рукой, сердце сердцем и т. д. — только в составе Тела, во взаимодействии. Будучи же отделённым от Тела по причине своей с Ним органической несовместимости, орган утрачивает свою уникальность, становится не больше чем куском ничейной праздной плоти, погибает и разлагается. Гибелью называется именно это.

«Огнь неугасающий, червь неусыпающий» — это образы мук, происходящих от органической несовместимости с огненным Телом Бога, который есть Любовь (напр., «ад это когда ты видишь, что не любишь тех, кто любит тебя»). «Тьма внешняя» — область, куда помещается существо, несовместимое со «Светом внутренним», во избежание этих мучений. Есть мнение (в частности, св. Исаак Сирин об этом пишет), что ад есть терапия и он не навсегда, но это отдельная тема.

Спастись («спасти себя») не может никто.

Спасает — вернее, уже спас (причём всех и бесплатно) Спаситель — склеив осколки разбитого Тела своей Кровью, или можно использовать любой другой евхаристический образ. Никакие усилия, ни заслуги, ни подвиги, ни конфессиональная партийность не являются деньгами, за которые покупается спасение; всё это только меры, направленные на восстановление в человеческом существе органики любви, кротости, милости, отваги, жертвенности, творчества — богоподобия.

Богоподобия требует наша окончательная цель — обожение (рекомое выше воссоединение с Телом), поскольку подобное соединяется с подобным.

Богоподобен и несёт в себе образ Божий всякий человек, но этот факт почти не регистрируется приборами по причине толстого слоя засохшей грязи, покрывающей каждого (от нихже первый есмь аз). Кто сам захочет очищения, того (и только того!) Бог легко может очистить; проблема в том, что захотеть этого очень трудно, потому что грязь именно присохла намертво и ощущается как часть существа. Скол некоторых кусков этой корки вызывает порой катастрофическую перемену всего мироощущения и необратимое смещение точки самоидентификации. И именно эта сухая грязь сгорает в эсхатологической «Реке огненной»; огонь же, соединяясь с огнём, разгорается ярче.

Мучительная работа по расчистке в себе огненного образа Божьего путём отколупывания корост называется «покаянием».

«Лествица» прп. Иоанна Лествичника, егоже память совершаем завтра — об этом, а не о метафизической карьере.

olegpaschenko: (Default)

Я ошибся, ад не тождествен пустоте и небытию (напрасно я надеялся). Он — есть, хотя и не обладает сущностью (я думаю, что это примерно как сущность «пустой карман» разрушается после того, как в пустой карман кладут монетку, но сам пустой карман при этом никуда не исчезает).

Возможно, об этом можно говорить, используя понятия «динамики» и «статики». В таком случае ад — это состояние необратимой клаустрофобической вмороженности в статику — как техническое следствие отказа от динамики.

Митр. Сурожский, ссылаясь на древнего автора (на Лактанция?), высказывает следующую догадку об отпадении люцифера.

Ангелы это были (по выражению Григория Паламы) «вторые светы» — как бы драгоценные кристаллы, призванные преломлять безостановочно изливающийся и нарастающий Нетварный Свет, призванные тем самым — к бесконечному развитию: от силы к силе, от славы к славе.

Развитие всегда требует отказа от того, что уже есть, раздачи всего имения. Это всегда выход за свои пределы, устремление к чему-то, что не-Я.

Люцифер же в какой-то момент захотел зафиксировать своё состояние, присвоить тот Свет, который уже сквозь него преломлялся. Это был отказ от развития, обращённость на себя — статичного: «остановись, мгновенье! я прекрасен». Мгновение остановилось, и люцифер тут же погас как самостоятельно вывернувшаяся из патрона лампочка (лампочка горит, пока она включена в цепь, в которой бежит ток). Но, к сожалению, не исчез.



Представим себе, как должно выглядеть падение в шварцшильдовскую чёрную дыру. Тело, свободно падающее под действием сил тяжести, находится в состоянии невесомости. Падающее тело будет испытывать действие приливных сил, растягивающих тело в радиальном направлении и сжимающих — в тангенциальном. Величина этих сил растёт и стремится к бесконечности при r→0. В некоторый момент собственного времени тело пересечёт горизонт событий. С точки зрения наблюдателя, падающего вместе с телом, этот момент ничем не выделен, однако возврата теперь нет. Тело оказывается в горловине (её радиус в точке, где находится тело и есть r), сжимающейся столь быстро, что улететь из неё до момента окончательного схлопывания (это и есть сингулярность) уже нельзя, даже двигаясь со скоростью света.

Рассмотрим теперь процесс падения тела в чёрную дыру с точки зрения удалённого наблюдателя. Пусть, например, тело будет светящимся и, кроме того, будет посылать сигналы назад с определённой частотой. Вначале удалённый наблюдатель будет видеть, что тело, находясь в процессе свободного падения, постепенно разгоняется под действием сил тяжести по направлению к центру. Цвет тела не изменяется, частота детектируемых сигналов практически постоянна. Однако, когда тело начнёт приближаться к горизонту событий, фотоны, идущие от тела, будут испытывать всё большее и большее гравитационное красное смещение. Кроме того, из-за гравитационного поля как свет, так и все физические процессы с точки зрения удалённого наблюдателя будут идти всё медленнее и медленнее. Будет казаться, что тело — в чрезвычайно сплющенном виде — будет замедляться, приближаясь к горизонту событий и, в конце концов, практически остановится. Частота сигнала будет резко падать. Длина волны испускаемого телом света будет стремительно расти, так что свет быстро превратится в радиоволны и далее в низкочастотные электромагнитные колебания, зафиксировать которые уже будет невозможно. Пересечения телом горизонта событий наблюдатель не увидит никогда и в этом смысле падение в чёрную дыру будет длиться бесконечно долго. Есть, однако, момент, начиная с которого повлиять на падающее тело удалённый наблюдатель уже не сможет. Луч света, посланный вслед этому телу, его либо вообще никогда не догонит, либо догонит уже за горизонтом.




Просто хочу подчеркнуть, что это не было наказанием, увольнением сотрудника, остановившегося в развитии или утратившего лояльность (как нам может показаться, когда мы смотрим на соотв. гравюры). Скорее, это был метафизический самострел, приведший к вечной инвалидности.



olegpaschenko: (Default)

Пишут:

Самоубийство рассматривается как хула на Св. Духа, каковая хула непременно приведет Вас в геенну.

Мне кажется, что т. н. «геенна», «тьма внешняя» — это не «наказание за отказ от жизни, юридически истолковываемый Судией как хула на Духа».

Геенна сама и есть — отказ от жизни, выбор смерти, смерть, дезинтеграция и догнивание в канаве за чертой города.

Геенна = хула на Духа = смерть = самоубийство = отказ от жизни = отвержение Царства. Это скорее синонимы, или, скажем так, разные технические аспекты одного и того же, чем последовательность обуславливающих друг друга явлений.

P. S. Дрейф из состояния бытия в состояние небытия — немоментален и мучителен: черти понемногу отщипывают от человека кусочки плоти (с помощью специальных разогретых на огне щипчиков).

olegpaschenko: (Default)

кто не хочет обниматься, того никто не принуждает. Уверен: кто восхочет, тот будет Вечность напролёт разъезжать по Небесному Граду и его окрестностям на сверхтяжёлом танке «Большой Мамонт CT-TM», сладострастно наматывая на гусеницы кишки и сухожилия тех, чьи объятия ему неприятны. Поверх голов и стен постреливая по площадям из трёхствольного ультразвукового орудия.

Сильнее слабого всего, всего нежелательного вожделенней, мертвей всего живого — тьма, плач и скрежет.


olegpaschenko: (что)

[livejournal.com profile] bocconon:

Я вот чего не могу понять. Почему христиане, которые не могут наладить общения с другими людьми, так уверены, что они без проблем наладят отношения с Богом?



фотографическое свидетельство подогнал [livejournal.com profile] lugosi

Со всеми, кого я когда-либо переехал моим красивым бронемотоциклом, чтобы приехать сюда, где я сейчас и здесь, — а таких людей многая множества — я обязательно встречусь на берегу реки огненной, и мы жарко, жарко, обжигающе жарко и душно и тесно обнимемся.

Никто никуда не пропадает. Ни от кого никоим способом не возможно избавиться. Никого, к величайшему моему сожалению, нельзя забыть. Некуда бежать!

Кому я сказал: «убирайся из моей жизни», того я призвал принять участие в моей смерти.

olegpaschenko: (Default)


Страшный Суд. XI—XII вв. Синай. Монастырь святой Екатерины

Ещё поищем Бога (методом триангуляции). Где Он живёт?

[livejournal.com profile] santehnik_dush:


В притче о Страшном Суде обращает на себя внимание полное отсутствие какой-либо «партийщины» и догматического критерия при разделении овец и козлищ: нет либералов и консерваторов, монахов и мирян (в историческом контексте — фарисеев, саддукеев и невежд в Законе), нет белых и чёрных, нет правых и виноватых, наших и ненаших, ортодоксов и еретиков — нет православных, есть праведно поступающие. В этом и состоит благовестие свободы: религиозный процесс субъективен («Бог не в рукотворенных храмах живёт... Бога не видел никто и никогда...») и осуществляется в момент сострадательного действия.

[livejournal.com profile] ignaty_l:

козлы! )

Бог с страдает в обделенных милостью.
очень трудно поверить в это, мня себе Бога бесстрастного.
страдает, потому что человек страдает.
не картинно страдает, а страдает само существо Бога.
да, именно, жизнь страдает, Бог в ней страдает.
Христос одноразовый акт чтоль совершил, а теперь виртуально «переживает грехи наши тяжкие»? — да нет же.
всегда страдал и страдает, и страдать будет.
не виртуально и не «морально».
физически.
как тогда страдает.
вот в этой женщине, которая от головной боли корчится — Бог с нею корчится.
вот в этом алике, который с похмелья страдает — с ним Бог похмелки требует.
это рассказ о Боге — где Он живет.

христианство как контр-религия )


Мне добавить нечего. Из разговора (не очень трезвого) с пятницы на субботу только вспомнил: что такое эта самая огненная река Страшного Суда? это скажем за меня вступился друг, и нос ему разбили; а я стою красивый, неопозоренный и невредимый, не снизошёл до драки-то; а друг-то сидит в луже, воротник оторван — оказывается, драться не умеет он! врал значит про каратэ, ага! — и из носа его струйка горячая крови течёт мне на белые кроссовки найк. Вот эта струйка и есть — река огненная.


olegpaschenko: (Default)


В. Васнецов. Страшный суд

Владыко, что вы можете сказать о своем отношении к учению, которое говорит, что грешники будут прощены в конечном итоге и что ад несовместим с представлением о вечности? В частности, Бердяев настаивал на том, что учение об аде имеет скорее психологическое значение, чем богословское.

Это колоссальная тема! В двух словах я могу ответить так: уверенность в спасении всех не может быть уверенностью веры в том смысле, что в Священном Писании нет ясного, доказательного утверждения об этом, но это может быть уверенностью надежды, потому что, зная Бога — каким мы Его знаем, — мы имеем право на все надеяться. Это очень коротко, но достаточно точно выражает то, что я думаю.

Если немного это развить, я думаю, можно сказать несколько основных вещей ).


Митрополит Сурожский Антоний (Блум). Диалог об атеизме и последнем суде (беседа в Москве в 1974). Из книги «Человек перед Богом». Вообще, вся книга оч. хорошая, а автор примечателен тем, что сделал ядром своего богословия радикальную честность. Рекомендую, короче.



Видел в продаже вот тут, например.

+++

Алсо: Епископ Диоклийский Каллист (Уэр). Смеем ли мы надеяться на спасение всех?

Ад существует как вероятность, потому что существует свобода воли. Тем не менее, уповая на неисчерпаемость Божьей любви, мы смеем говорить о надежде — не более, чем о надежде, — на то, что в конце, подобно Путнику Уолтера де ла Мара, мы обнаружим, что там никого нет. Поэтому последнее слово оставим за св. Силуаном Афонским: «Любовь не может этого понести... Мы должны молиться за всех».


olegpaschenko: (жар)

[livejournal.com profile] davlatov wrote:

ад требует энергий, какие энергии будут вечно применяться для мучения грешников? божие? нетварным светом их будут мучать?

Так точно, доктор! — им самым. Один Александр wrote:

На иконе Последнего Суда мы видим нашего Господа Иисуса Христа восседающим на троне. Справа от Него — Его друзья, благословенные мужи и жены, жившие по закону Его любви. Слева от Него мы видим Его врагов — всех, кто прожил свою жизнь в ненависти к Нему, хотя многие из них были внешне благочестивы и благоговейны. А посреди — истекающая из трона и разделяющая первых и вторых огненная река <...>.

Один и тот же любящий огонь просвещает тех, кто отвечает любовью на любовь, и обжигает тех, кто отвечает на любовь ненавистью. Рай и ад — это одна и та же Божия река, один и тот же огонь божественной любви, который пронизывает всех одной и той же благотворной энергией без различия и недостатка. Одна и та же живительная вода становится вечной жизнью для верных и вечной смертью для неверных; для первых — это источник блаженной жизни, для вторых — вечного удушья, вечных мук; рай для одних и ад для других.

Другой Александр wrote:

Возвращаясь к мнению о. Сергия Булгакова, можно сказать следующее: он полагает, что личности не будут уничтожены, изгнаны из Града, но все пройдут через очистительный огонь и будет изгнано «оно», зло, находящееся во всем, во всех существах, от демонических сил до человеческих. Все будут прокалены в этом огне, и зло будет истреблено, потому что у зла нет сущности как таковой, это не «противобог», который живет сам по себе; зло сгорает в этом огне. Но для тех, кто целиком пропитан злом, вторая смерть может оказаться трагической, потому что от них почти ничего не останется. Скажем, если сатана весь напоен злом, то, когда зло сгорает, сгорает и он сам.


Ну и кстати, я, похоже, пироман, ага — в этом всё дело.


Mannequins burn during riots in the northern Greek town of Thessaloniki December 8, 2008.
REUTERS/Grigoris Siamidis (GREECE)


olegpaschenko: (Default)

конечно, запуганным быть не так красивенько, как бескорыстно любящим. Кто же открыто признается всем и каждому в том, что он трус, а не владелец Сердца, Пламенеющего Жертвенной Любовью™?

Только некий, гм, гипотетический Максимально Честный Человек™.

(Хи-хи).

olegpaschenko: (следите за руками)

Вдогонку.

Недвусмысленное сформулировано в «Огненной реке».

Если допустить, что Бог наказывает грешников адскими муками, если относиться к Нему как к мстительному истеричному боссу, как к мелкому языческому божку, который не может совладать со своей обидой (то есть его обида — сильнее его),

то надо признать, что любые разговоры о любви к Нему — суть макрокосмических масштабов лицемерие, целование начальственного сапога и стокгольмский синдром.

Живо воображается неций верующий, который хватил двести пятьдесят и осмелел: «Знаешь, Господи... Я Тебя, конечно, люблю и всё такое, но, положа руку на сердце... с этими Твоими вечными муками... лучше бы Тебя вообще не было».

P. S. Пользуясь случаем, прошу мальчиков из сегты передать привет Игорю Венскому (Кугридеру). Привет, Игорь.

olegpaschenko: (Default)



Почему люди ненавидят Бога? Они ненавидят Его не только потому, что их дела темны, в то время как Бог есть Свет (см. Ин. 3, 20), но также и потому, что они рассматривают Его как угрозу, как неизбежную и бесконечную опасность, как противника, как прокурора и вечного преследователя. Для них Господь — уже не всемогущий Врач, который воплотился, чтобы спасти их от болезни и смерти, а, скорее, жестокий судья и мстительный инквизитор <...> Кто же сможет любить мучителя? Даже те, кто пытаются спастись от гнева Божия, вряд ли могут действительно любить Его. Их мнимая любовь вынуждена: они надеются избежать мести и достичь вечного блаженства только благодаря тому, что старались умилостивить этого грозного и чрезвычайно опасного Создателя.

<...>

Сын, любящий своего отца, будет счастлив в его объятьях, но если сын ненавидит отца, его объятия станут для него мукой. Для исполненного ненависти человека любовь, изливающаяся на него, уподобляется горящим углям, сыплющимся на его голову.

<...>

Что есть эта огненная река? Есть ли это орудие мучения? Есть ли это сила возмездия, исходящая от Бога, чтобы сокрушить Его врагов? Нет, ничего подобного. Эта огненная река — та самая река, которая истекала из Эдема, чтобы орошать рай (см. Быт. 2, 10). Это река благодати Божией, которая от начала орошала святых Божиих. То есть это поток Божией Любви, изливающийся на Его создания.

Любовь есть огонь (каждый, кто любил, знает это). Бог есть Любовь, и в этом смысле Он есть Огонь. Огонь попаляет всех тех, которые не являются огнем, и делает сияющими тех, кто сами есть огонь (ср. Евр. 12, 29).


+++

Александр Каломирос — современный греческий богослов и проповедник, автор многочисленных книг и статей по богословию и апологетике, ревностный защитник Православия, катехизатор в церковной общине Святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова в Фессалониках (Элладская Церковь).

«Река огненная» — одна из самых значительных работ А. Каломироса. Она представляет собой резкую критику псевдохристианской концепции «мстительного» Бога, этого «рокового» заблуждения западного христианства, — заблуждения, ставшего, как это убедительно показано, питательной почвой для зарождения и распространения атеизма. Вместе с тем автор в доступной и яркой форме раскрывает святоотеческое учение о Боге как милостивом Отце, вдохновенно воспевает Его всесовершенную любовь и поясняет, что причиной ада и вечных мук является не благой Бог, а сами нераскаянные грешники, их собственное злое волеизъявление.


Там короткий и понятный текст. Из к-рого следует, что написанное про общежитие семейного типа есть изложение регулярной святоотеческой православной догматики — сюрприз! а то некоторые сочли еретиком (особенно атеисты).

Чо-то я простудился что ли.

olegpaschenko: (а в раю сейчас ужин (макароны))

Представим себе обычную семью.

Мать будет продолжать любить своего ребенка, даже если он пьёт, ворует, пропадает месяцами неизвестно где, приходит домой весь в блевотине, плюёт ей в лицо и ругается матными словами на б, п, х, и даже если он кого-то убил.

Это всё причиняет ей сильнейшие морально-нравственные страдания — но она продолжает его как ненормальная любить.

Хорошо, в конце концов, она просто женщина, обычный человек: может не выдержать и, как это в романах: проклясть его, отречься. Проклинаю, дескать, не сын ты мне больше!

Бог ни разу не отрекся ни от одного человека.
Он бесконечно терпелив.

Бог не прокурор. Он не определяет провинившихся людей в ад в наказание за грехи — эти люди сами, по своей свободной воле уходят во зловонную внешнюю темноту. Чем человек жил до своей кончины, тем он и будет жить после смерти — только исправить уже ничего будет нельзя, потому что исправлялка-то уже отсохла и гниёт в могиле.

Если человек жил ненавистью к Богу и людям, то после смерти у него не будет ни Бога, ни людей, а только одна голая вселенская ненависть, сконцентрированная в бесконечно малой точке.

Потому что все величины, отличные от бесконечно малого, гниют в могиле.

Если человек всю жизнь молился, постился, слушал радиорадонеж и презирал тех, кто этого не делает — то за гробом у него уже не будет чем молиться (речевой аппарат сгнил в могиле вместе с речевым центром мозга), чем поститься (желудок сгнил в могиле), чем слушать радиорадонеж (уши сгнили в могиле, да и радиорадонеж не ловится). Останется одно только голое, освобождённое от подробностей, презрение — и скрежет зубовный. Зубы не гниют.

Бог смотрит на это и плачет.
Потому что Он ничего не может с этим поделать.
Потому что Его всемогущество кончается там, где начинается свобода человеческой воли.

Или представим себе, что ты находишься в пустой комнате с единственным источником света.
Если ты отворачиваешься от него — то ты не видишь ничего, кроме своей тени на стене. Это происходит не потому, что источник тебя «наказывает» — а потому что ты сам от него отвернулся. Наука и религия! Оптика и этика.

Ада, как его малюют, вообще нет, он разрушен. На его месте — пустота и тьма.
Когда Христос умер на кресте, Он спустился во ад и засветил его как фотопленку.

olegpaschenko: (уничтожим зло)

В дополнение к этому. Краткое содержание предыдущей серии: вечность есть упразднение линейности времени, когда ничего нельзя изменить (никакое действие не может повлиять ни на какое событие, т. к. исполнилась полнота времени — всё уже случилось). Отсутствует выбор. Поэтому из ада нельзя сбежать.


Василий Шульженко

↑ Люди на картине спешат делать добро. Мегассылку на фантастический макрорассказ подогнал Константин [livejournal.com profile] const Мезер, да будет он благословен вовеки. Норман Спинрад, «Сорняк времени»:

Я не продвигаюсь последовательно от момента к моменту подобно слепцу, ощупью находящему путь в туннеле. Я обитаю во всех точках туннеля одновременно, и глаза мои широко раскрыты. Время для меня в определенном смысле то же самое, что для вас пространство, поле, по которому я могу двигаться более чем в одном направлении<...>

Я вздыхаю. Я знаю, бессмысленно говорить кому-либо из них, что знание будущего бесполезно, что будущее не может быть изменено, потому что оно не было изменено, потому что оно не будет изменено. Они не воспримут тот факт, что выбор — это иллюзия, вызванная тем, что будущие области времени скрыты от тех, кто в блаженном неведении последовательно движется вдоль потока времени от одного момента к другому. Они откажутся понять, что моменты будущего времени неотличимы от моментов прошлого или настоящего времени — фиксированные, неизменные, инвариантные. Они живут в иллюзии последовательного времени.


Макроссылку на мегадостоевского (и его ультрабратьев гиперкарамазовых) подогнал митрополит Сурожский Антоний:
Достоевский в «Братьях Карамазовых» маленькую главу посвятил аду; для него «ад — это момент или состояние, когда человек скажет себе: Поздно! Я прошел мимо всего...; единственное, что было на потребу, единственное, для чего стоило жить, чем стоило жить, я уже больше исполнить не могу; я никому больше не нужен».

Спасибо,

ваш капитан Очевидность.

Profile

olegpaschenko: (Default)
olegpaschenko

July 2012

S M T W T F S
1 234 5 67
89 10 11121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 12:36 am
Powered by Dreamwidth Studios