olegpaschenko: (кожа)

Один хороший англиканин пишет, что невидимый (духовный; населяемый духами) мир соприкасается с физическим tangentially; М. Завалов перевёл это как «по касательной», что, с одной стороны, не точно, потому что невидимый мир в каком-то смысле физическому параллелен, то есть немедленно доступен из любой точки и, стало быть, полностью совпадает с нашим территориально.

С другой стороны, хронотопография духовного мира совершенно иная, нежели наша. Координаты там удобнее использовать полярные. А также совсем иной смысл имеет там дуализм «одновременное — последовательное» или, например, «единственное — множественное» (там этот дуализм не антиномичен; возьмём хотя бы такого узкого специалиста, как бес тщеславия: с одной стороны, он свой для каждого отдельно взятого человека — вместе с тем, это всегда один и тот же бес).

Опорно-двигательным аппаратом и средством передвижения для нас, двоякообитающих людей, является в духовном мире не иное что, как наш нравственный орган.

То есть если я проявил, например, любовь и деятельное сострадание — тем самым я сделал шаг по залитому Солнцем правды тротуару невидимого города.

Если же я именем Господним кляхся, или похулих е в помышлении моем; или кого укорих; или оклеветах кого гневом моим, или опечалих, или о чем прогневахся; или солгах, или безгодно спах, или нищ прииде ко мне и презрех его; или брата моего опечалих, или свадих, или кого осудих; или развеличахся, или разгордехся, или разгневахся; или стоящу ми на молитве, ум мой о лукавствии мира сего подвижеся, или развращение помыслих; или объядохся, или опихся, или без ума смеяхся; или лукавое помыслих, или доброту чуждую видев, и тою уязвлен бых сердцем; или неподобная глаголах, или греху брата моего посмеяхся, моя же суть безчисленная согрешения; или о молитве не радих, или ино что содеях лукавое, не помню, та бо вся и больша сих содеях, — это сигнализирует о том, что в очередной раз в невидимом городе меня напоили водкой с клофелином, избили, ограбили, изнасиловали и бросили умирать в кювете, в промзоне, под жёлто-коричневым небом.

olegpaschenko: (Default)



маркетинговые ходы издательства «эксмо» (названия, даваемые переведенным книгам в отечественном прокате; подзаголовки; рекламные тексты; оформление обложек; прочее) — всё более идиотские от издания к изданию

впрочем наверное так надо.


От переводчика:

Быть может, не самая бесспорная (у меня тут много вопросов и сомнений), но прекрасная книга. Из лучших книг на тему вообще.

Райт как всегда силен тем, что видит проблему в «большой картине». И верен Библии, даже когда это не слишком уютно.

Что ИМХО верно — он отказывается от метафизических рассуждений о проблеме зла. Потому что Библия дает невнятные ответы на вопросы типа: откуда зло или какова его природа. Там всегда вопрос стоит иначе: что Бог делает со злом. Для Райта вся т.н. «священная история» — зачем появился Израиль и зачем пришел Иисус — именно и есть ответ на зло.


цитата для того юзера из екатеринбурга, с которым состою сейчас в переписке:

Зло как идолопоклонство

Когда мы, люди, совершаем акты идолопоклонства и поклоняемся тому, что не Бог, мы каким-то образом отдаем другим существам и силам вселенной власть, влияние, владычество над нами, которыми на самом деле мы, при участии Бога, должны обладать относительно их. Когда ты поклоняешься идолу любого рода, ты каким-то образом отрекаешься от должной власти человека над миром и передаешь ее какой-то иной сущности, каковой бы она ни была, пробуждая к жизни силу, враждебную Богу, силу, которая враждебна творению, потому что, будучи частью преходящего мира, она обречена на распад и уничтожение и, если не соблюдать осторожность, утащит тебя за собой. Вот почему, как я думаю, есть по крайней мере доля правды в теории, ставшей популярной благодаря трудам Уолтера Винка, согласно которой внутренние или сокрытые силы, действующие внутри организаций и компаний, в обществе и юридических организациях и даже в церквях, есть сумма вложенной в них духовной энергии людей, которые тем самым отказываются от ответственности и передают ее организациям любого рода. Я верю, что это правда, хотя и не вся правда.


здесь можно скачать фрагмент: http://andreios-ab.livejournal.com/2895.html

olegpaschenko: (Default)

[livejournal.com profile] steba: 7 поводов не любить слово «духовность»

  1. Это сегодня стало явлением коммерческим (в книжных магазинах и т. п.). В одном ряду с гороскопами, фитнесом и похуданием. И часто коктейли на разные вкусы из (совместимых ли?) компонентов: типа кусочки культа ангелов в соусе юнгианства и с приправой из суфистской мистики (и все очищено от неприятных примесей вроде страдания и других людей). Постмодернистская забава для среднего класса.

  2. Оно психологизирует предмет — это вроде психотерапии — сделай-сам. (Я уважаю психологию и терапию, но их не стоит превращать в религию. Как и наоборот.)

  3. Оно очень эгоцентрично, так что в центре оказывается великое Я, которое надо открывать, переоткрывать, лелеять, выражать, актуализировать и т. д. (Любая практика может стать нарцистичной — самая здравая практика — хоть молитва.) Вечный путь к себе.

  4. Она обычно взращивает дуализм важной души (духа) и презренного тела. «Душа отправляется в улет на небеса» — в разных вариантах.

  5. Так получается приватная «религия сердца», типа «Царство небесное внутри меня», соответствующая эскапизму, бегству от мира с его проблемами и обременительных живых окружающих.

  6. Оно успешно помогает забыть о том, что духовности бывают разные — самые разные. Без конкретного определения это слово бессмысленно. Скажем, настоящая христианская духовность — никогда не про Я, не про мой духовный рост и даже не про спасение моей любимой души (все эти вещи задействованы, но как сопутствующий эффект).

  7. А самое важное: когда Новый Завет говорит о «духовном» (естественно, слова «духовность» в нем нет, оно совсем новое, но есть прилагательные), речь почти всегда идет о жизни Духа с большой буквы.

olegpaschenko: (Default)



Дикие нравы; человеческие жертвоприношения; ничтожная ценность отдельно взятой человеческой жизни в сравнении с ценностью этнической группы; странное гостеприимство (хозяин готов ради гостя отдать свою дочь на растерзание); левит в порядке рекламации посылает разрубленное тело насмерть изнасилованной наложницы малой скоростью во все колена; израильтяне обходят свои же обеты с помощью хитрости; целый народ подвергается полному истреблению; псалмопевец призывает жестокие кары на головы угнетателей, и прочая и прочая. Ветхий Завет, по мысли автора, — книга, документирующая работу Бога с человечеством, для которого всё перечисленное — культурная норма. Бог говорит с людьми на их языке. Если бы он говорил с людьми той культуры на языке Евангелия («благословляйте проклинающих» и т. п.), или, допустим, на языке современного гуманизма, они бы просто ничего не поняли. Поэтому — пока только столп огненный, но ещё не Сын Человеческий.

Ветхий Завет это отнюдь не история отношений с Богом благочестивого народа израильского — это история тяжёлой, болезненной и кровавой работы Бога не то что с этносом, но с человечеством древнего мира как таковым: гнилым, злобным, похотливым, подлым и крайне неблагочестивым.

Вот такая модальность.

Как же нам объяснить тот факт, что одни места Писания явно отличаются по своему характеру от других?

Так, великая молитва Иисуса за своих врагов «Отче! прости им» (Лк 23:34) по своей сути явно стоит выше, чем слова псалмопевца, призывающего Бога истребить его противников (Пс 68:23–29). Нам нужно обращать внимание на это отличие, иначе мы сможем ссылаться на псалмы для оправдания наших извращенных страстей. Я думаю, мы вправе признать, что разные библейские авторы обладали неодинаковыми умственными и духовными качествами и это отразилось на созданных ими текстах. Однако все они в равной мере богодухновенны.

Чтобы яснее это понять, воспользуемся такой иллюстрацией. Если мы возьмем одну охапку сырых и другую охапку сухих дров и попытаемся разжечь спичками два костра, что у нас получится? Один будет гореть чисто, светить и давать тепло. Второй будет трудно зажечь, а когда это удастся, он будет гореть куда хуже и дымить. Оба костра горят, но качество пламени зависит от материала. Однако оба костра могут согреть человека, а в некоторых случаях дымящий и плохо разгорающийся костер может согреть.

То же самое можно сказать о людях, получивших вдохновение от Бога. Их воспламенил один и тот же Дух, но одни из них горят ярче, чем другие, хотя Господь находит применение всем. Когда мы видим дымящий костер, у нас возникает искушение винить спички. Однако дело здесь не в них, а во влажности дерева. И самое замечательное, что, если ты желаешь согреться, тебе поможет даже еле тлеющий костер.

Перевод, что немаловажно, — нашего дорогого Михаила [livejournal.com profile] steba Завалова.

olegpaschenko: (а в раю сейчас ужин (макароны))

У [livejournal.com profile] steba разговоры о юморе в Писании вообще, и в частности — об апостоле Павле (здесь поставлен вопрос и идет обсуждение в комментариях; здесь — продолжение).


Павел скоморошствует, играет тут шута... Человек, над которым смеются и которого несколько презирают сами коринфяне. Битый апостол, который работает руками и денег не берет, да и говорить не умеет. Это именно про то — «позор» креста.

Прочтите удивительную «апологию Павла» во 2 Кор 11 и 12. Лучший комментарий к тому, что значит нести крест. Коринфяне посмеиваются над ним и говорят: а хорошо бы взглянуть на его «резюме», что это за апостол. Где учился, какие мистические откровения имел, какие у него знаки отличия и т. д. Он дает резюме. Это удивительнейший текст. Он перечисляет свои «позоры» — с точки зрения нормального человека... Это не хвастовство, а глумление над хвастовством. Как на интервью при приеме на работу говорить: «Последний раз меня уволили за пьянство на рабочем месте. Впрочем, я там ничего и не делал...» и т. д.

Типа: В Дамаске правитель царя Ареты охранял город Дамаскийцев, чтобы схватить меня, и я в корзине был спущен из окна по стене и бежал из его рук.

Это пародия на героизм. У римлян была почетнейшая воинская награда — corona muralis — для воина, который первым смог взобраться на стену осажденного города. Когда же Павел оказался в Дамаске под угрозой, он первый оказался вне стен — да еще с помощью корзины — и убежал. Это он включает в перечень своих достижений, заслуг и регалий.

Павел верит, что именно поэтому он участвует и в воскресении.

***
2 Коринфянам 11 и 12 — это совершенно чумовой текст. (Вообще, интересно было бы писать рецензии на священные книги, временно забыв, что они священные. Это всерьез было бы небесполезным. Использую-ка я тут более идущий к случаю перевод Кузнецовой.)

Ах, вам бы потерпеть меня, даже если я немного глуповат! Ну уж потерпите, пожалуйста!

Если бы это не было Священным Писанием, это один из самых страстных, откровенных, эмоциональных до безумия текстов античности или вообще. Упреки, ревность, сарказм, слезы, любовь, неразумие… И все это — ради Христа в самом честном смысле слова и в следовании за Христом. Ибо думаю, что я ни в чём не уступаю тем «сверхапостолам».

Павел, над которым смеётся созданная им же церковь.

Повторяю еще раз: не принимайте меня за дурака! А если принимаете, то дайте мне еще немножко побыть дураком и чуть-чуть побахвалиться! То, что я сейчас скажу, конечно, не от Господа. В этой затее с хвастовством я буду говорить как дурак.
Вы же такие мудрые и с удовольствием терпите дураков! Терпите, когда вас закабаляют, когда обирают, когда вами помыкают, когда чванятся, когда угощают пощечинами...


И далее потрясающая юродивая «апология»: похвальба унижением и немощью, похвальба постыдными вещами, из-за которых его стыдятся коринфяне. От него требуют резюме и рекомендаций — представить, что он заслуженный апостол. «Вы этого хотите? Ладно», отвечает он. И гениально валяет дурака… Мог бы цитировать дальше, но не буду.


Опять, конечно, вопрос: «смеялся ли Иисус?» Тут надо решить, что мы понимаем под словами «юмор» и «смеялся». Есть смех пустой; а есть смех, ниспровергающий заслоняющих Небо идолов, — чтобы воссияло Солнце Правды. Была ли Христу свойственна прямая самоирония как у Павла — едва ли, т. к. что в себе может высмеять Безгрешный? Но вот Фёдор писал, что эпизод с исцелением слепого — настоящее юродство: «Околдованные красотой древних пылей, зыбящихся в солнечном, витражно просеянном луче, мы не видим юродства Христа. Плюнул, палочкой помешал плевок на песке и глаза слепому этим брением помазал. И так: на каждом шагу, вплоть до каннибалистической заповеди о причастии — это уж вообще ни в какие ворота. Кто может слышать таковое?!..» А притчи Иисусовы — это юмор или нет? Ведь они очень похожи на современные русские анекдоты: это нарратив; это вымышленное; нарочитая многозначность; зачастую некий абсурдизм; не до всех доходит, а до кого доходит, у того щёлкает что-то в уме и в сердце, и страшное и важное (например, смерть) становится нестрашным и незначительным, и звучит катарсический смех. А чудесные насыщения и хождение по водам? А эпизод на пути в Эммаус? А Преображение? А Воскресение? В определенном смысле это всё остроумнейшие, смешнейшие выходки. Огрешин писал о том, что Иисус — своего рода «добрый трикстер», и это словосочетание — такой же оксюморон, как «вочеловечившийся Творец», «распятый Мессия» или «сила, которая совершается в немощи». Христианство всё построено на оксюморонах и парадоксах.

olegpaschenko: (Default)

[livejournal.com profile] steba цитирует Борга (автора книжки «Бунтарь Иисус»), к-рый в свою очередь цитирует Уолтера Винка:

Чаще всего эти слова понимают как призыв к пассивному приятию зла: не сопротивляйся, когда тебя бьют; пройди лишнее расстояние; не настаивай на своих правах. Короче говоря, стань тряпкой, пускай об тебя вытирают ноги. Кроме того, обычно эти слова относят к сфере личных взаимоотношений, но не к сфере политики. ...

В первом положении Иисус напоминает о законе воздаяния: «Око за око, и зуб за зуб». Этот принцип трижды приводится в Ветхом Завете. Он может показаться современному человеку варварством, но на самом деле он ограничивает возмездие: если человек лишил кого-то глаза или зуба, можно потребовать его глаз или зуб, но не более того. Этому Иисус противопоставляет иной принцип. Данные слова Иисуса часто переводят неправильно, как это делает NRSV: «А Я говорю вам: не противься злому». Однако греческий глагол, которые тут переведен как «противиться», чаще всего означает «сопротивляться с помощью насилия». Таким образом, этот текст не призывает отказаться от сопротивления злодею и сложить руки, взирая на зло. На самом деле, этот стих говорит: «Не противься злому с помощью насилия». Как ясно показывают последующие слова Иисуса, тут говорится: сопротивление нужно, а насилие нет.

Три следующих пункта представляют собой конкретные примеры ненасильственного сопротивления ).

Винк убедительно показывает, что нам не следует видеть в этих словах «правила», то есть что каждый раз в такой ситуации надо вести себя именно так. Трудно себе представить, что Иисус хотел научить людей «подставлять другую щеку» при каждом избиении; в этом случае жестокий хозяин вскоре должен бы был сказать: «Ага, это старый трюк, метод другой щеки». Скорее Иисус привел яркие примеры ненасильственного сопротивления для того, чтобы пробудить в людях творческие способности, которые позволят придумать много новых подобных тактик.

как-то так.
в метро, в офисе и ночью в южном бутово. (и в жж).

Между прочим, нечто узнаваемое.
Подобная риторика у Иосифа Бродского (в эссе «Напутствие»): «Смысл этих строк никак не в призыве к пассивности, а в доведении зла до абсурда. Они говорят, что зло можно унизить путем сведения на нет его притязаний вашей уступчивостью, которая обесценивает причиняемый ущерб. Такой образ действий ставит жертву в активнейшую позицию — позицию духовного наступления. Победа, если она достигнута, не только моральная, но и вполне реальная. Другая щека взывает не к совести обидчика, с которой он легко справится, но ставит его перед бессмысленностью всей затеи».

Подчеркнём, что это вовсе не индивидуальная «тактика выживания в условиях гонений», но подразумевается именно некая более благородная цель: нейтрализовать источник зла (чтобы облегчить жизнь другим жертвам). Изменить реальность таким образом, чтобы злонамеренное усилие причиняло меньше вреда или не причиняло его совсем.

***
Изменить реальность — каким образом? )

***

И, конечно, это толкование никогда не станет общепринятым, потому что подобная программа действий (как любая, относящаяся к царскому пути), требует постоянного творческого напряжения и неслабнущих усилий. Ослабев, соскальзываешь либо в толстовство и пацифизм с «фигой в кармане» — либо в хоругвеношение и насильственное обращение языков. Как всё это трудно, но скоро отпуск.

Profile

olegpaschenko: (Default)
olegpaschenko

July 2012

S M T W T F S
1 234 5 67
89 10 11121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 04:25 pm
Powered by Dreamwidth Studios